Василисса всегда считала, что её жизнь - это обычная деревенская тишина. Мама пекла хлеб, отец чинил сети, а она помогала по хозяйству и бегала к реке смотреть, как солнце тонет в воде. Всё изменилось в один вечер, когда родители не вернулись с лесной опушки. Утром на пороге лежала только отцовская шапка, вся в хвое и странном чёрном пепле. С тех пор в доме стало тихо, как перед большой бедой.
Она долго не решалась. Сидела у окна, смотрела на стену леса и понимала: если не пойти туда самой - никто не пойдёт. На третий день Василисса собрала в узелок краюху хлеба, нож, бабушкину медную ладанку и шагнула под тёмные ели. Говорили, что в глубине леса живёт нечисть, которая не трогает тех, кто пришёл с чистым сердцем. Но чаще говорили другое: кто туда заходит - тот уже не возвращается прежним.
Первые дни были самыми тяжёлыми. Ноги путались в валежнике, ветки хлестали по лицу, а по ночам кто-то тихо дышал за спиной и тут же замолкал, стоило ей обернуться. Потом она встретила первого - старика с оленьими рогами вместо ушей. Он не напал. Просто долго смотрел, а потом сказал, что её глаза пахнут тем же, чем пахнет мох под первым снегом. Василисса тогда впервые задумалась, что, может, она не совсем такая, как все в деревне.
Чем глубже она заходила, тем страннее становились встречи. Водяная девушка с волосами из тины учила её дышать под водой. Лесовик с корой вместо кожи показал, как слушать, о чём шепчут деревья. А однажды ночью, у старого выгоревшего дуба, она увидела парня. Он сидел на поваленном стволе, светил глазами, как два огонька, и молчал. Василисса почему-то не испугалась. Она просто села рядом. И они просидели так до рассвета, не сказав ни слова.
Каждый шаг открывал ей что-то новое о себе. Она вдруг замечала, что не мёрзнет, когда другие дрожали бы от холода. Что раны на руках затягивались быстрее, чем у людей. А когда она злилась, вокруг начинали шевелиться тени, словно прислушиваясь. Всё это пугало и в то же время притягивало. Словно лес не просто отпускал её вперёд, а медленно показывал: ты всегда была частью этого места.
В самом сердце чащи, там, где даже птицы не поют, она наконец нашла своих родителей. Они стояли в круге из синих огней и смотрели на неё спокойно, почти виновато. Мать протянула руку и сказала только одну фразу: «Мы не могли рассказать раньше. Ты бы не поверила». Рядом с ними стояла высокая женщина с лицом, похожим на её собственное, только старше и холоднее. Ворожея. Та, что когда-то оставила младенца у порога человеческой избы. Та, что теперь смотрела на выросшую дочь и молчала.
Василисса стояла между ними и понимала: пути назад уже нет. Но и стоять на месте нельзя. Она посмотрела на родителей, потом на женщину с тёмными глазами и впервые за всё время почувствовала, что страх ушёл. Осталась только тишина внутри и знание, что теперь она сама будет решать, кем быть.
Лес смотрел на неё тысячами глаз. И, кажется, впервые за многие годы он не был против того, чтобы кто-то уходил.
Читать далее...
Всего отзывов
5